Положення про порядок складання наукового звіту. Картографічна критика

Пока все счастливые обладатели прошлогодних открытых листов дописывают и сдают отчет, мы решили вспомнить, как его собственно следует писать. Ведь наверняка есть какие-то подводные камни, на которые нужно обращать внимание, не так ли? Опыт полевых выездов подсказывает, что есть одна группа вопросов, которые всегда вызывают ироничные замечания: требования к планам и картам, прилагающимся к отчету за сезон. Вот некоторые мелочи по этой теме мы сейчас и разберем.
Прежде всего, надо упомянуть несколько моментов:
1. В сети нет актуальной версии нормативного документа Института археологии: «Положення про методику проведення археологічних польових досліджень та про порядок складання наукового звіту». Ссылка на сайте Института не работает.
2. Большинство бегло опрошенных коллег пользуются правилами 2008 года и им этих правил хватает. Мы сделаем точно так же. Хотя государственный стандарт (ДСТУ) по оформлению научных отчетов за это время изменился. Неплохо было бы это учитывать.
3. Мы не беремся исправлять все замечания и, тем более, делать редакторскую правку. Хотя такой опорный документ можно было бы утвердить и без грамматических ошибок, мы же не будем укорять Институт неизвестно в чем?


Здесь и дальше — фото материалов из отчетов и архивов И.Г. Шовкопляса по раскопкам Мезинской стоянки. Это там, где древнейшие музыкальные инструменты в Украине

Итак. Карты, планы, координаты и отчеты:

Пункт 2.2.4: “Складання плану археологічного об‘єкта (пам’ятки) здійснюється з використанням сучасних ГІС-систем” — Очень неожиданно прочесть это здесь, не так ли? Во-первых: не на миллиметровке, не от руки, а “з використанням сучасних ГІС”. То есть, нужна электронная карта? Насколько подробная? С какой точностью? В какой системе координат? И главное: В смысле “можно было не от руки”?
“Пам’ятка прив’язується до найближчого населеного пункту” — Тоже прикольное замечание. Как? С какой точностью? А если населенный пункт в 10 километрах, есть смысл его привязывать? Все равно ведь потом не найдем. Может, лучше прописать указание координат, хотя бы считанных с Google Earth? Кстати, фиксация памятника координатами из Google Maps или, ещё лучше, из GPS-навигатора нигде в “Положенні” не предложена на самом деле. Мы уж не говорим о том, что этой точности всё равно не достаточно.
Пункт 2.2.5. “Фіксування всього виявленого матеріалу у польовій звітності (щоденнику, польових кресленнях)” — А если трипольеведы открывают за раз по 100 м2 (см. пункт 2.3.4)? Весь материал подавать на чертежах? Фиксировать его на чертежах с координатами, да? А если речь идет о сотнях тысяч костей, как быть? Ведь с такими приколами можно и за 200 лет объект не доисследовать. Я понимаю, что этот пункт допускает двойственную трактовку и фиксация может быть разной, но разве это не открывает простор для недоброжелателей? Ведь Институт могут обвинить в двойственных стандартах из-за разных требований к информации в отчете. Теоретически, следуя этой инструкции, отчет могут не принять у любого. А главное, мне не понятно, так фиксировать на чертеже весь материал или не нужно?

Пункт 2.3.3. “Відповідно до сучасних вимог, перед масштабними розкопками проводиться інструментальна зйомка плану пам’ятки, який розбивається на квадрати 10х10 м” — Интересно, где же это такие “сучасні вимоги”? Забегая вперед по сюжету, скажу, что нигде после поквадратная разбивка 10х10 м не появляется и себя не оправдывает. А геморрой это знатный, разбить весь памятник на такие квадраты с достаточной точностью довольно трудно.
“Всі подальші роботи здійснюються у прив’язці до цієї по квадратної сітки, яка в свою чергу, прив’язується до нульового реперу пам’ятки. За репер приймається незмінна точка на будівлі, яка на ній позначається, геодезичній репер, або побудований репер – металевий стрижень вбитий у поверхню та закріплений цементною муфтою, або камінням” — во-первых, неоправдано и не всегда реализуемо решение привязывать высотный репер к квадратной сетке. Как и раньше, мы ничего не знаем о системе координат и о методах инструментальной съемки. Это важно, потому, что рисование плана по тахеометрии, особенно без дорогущих электронных приборов — неоправданно долгое и муторное занятие. Есть варианты намного проще. Кстати, квадрокоптер практически полностью лишает актуальности все предложенные документом решения.
И ещё одно. Вы вообще в курсе, что “металевий стрижень” у нас обычно закопан под земляной колпак, открывать который без участия сертифицированного геодезиста незаконно? Что же вы делаете, археологи? Беззаконие?!
Пункт 2.3.6. “ситуаційний план розміщення об’єкта (пам’ятки) із прив’язкою його(її) до місцевості” — что значит “прив’язка до місцевості”? Как можно вообще нарисовать план без привязки его к местности? Скорее всего, самое время погуглить, что такое ситуационный план.
Мы не комментируем рекомендованные масштабы для этих планов, потому, что документ, похоже, не настаивает на использовании конкретных масштабов.
Пункт 3.1.2.10. “Польові креслення оформлені у відповідності до прийнятої методики, пронумеровані, з легендами, в яких зазначається шифр експедиції, назва пам’ятки, номер розкопу, назва та номер об’єкту, прізвище кресляра супроводжуються списком і вважаються окремим архівними одиницями” — это все требования по оформлению полевых чертежей. Никаких других четких нет. Конкретность и четкость “прийнятої методики” вообще заставляет задуматься.

Казалось бы, не так и много замечаний, да все в основном мелкие. Подведем итог:
1. Методика не устанавливает требований к системе координат, в которой проводится геодезическое обеспечение работ;
2. Не определяет конкретных требований к способам привязки раскопов и шурфов к конкретной сетке координат, а конкретной системы координат — к точкам местности;
3. Не устанавливает требований к приборам и методам геодезического обеспечения археологических работ;
4. Не устанавливает требования к масштабу и визуальной составляющей планов и не всегда регулирует ориентацию осей координат на планах;
5. Не регулирует точность выполнения работ, оставляя это решение за археологом
6. Содержит некоторые неточности, неоднозначности и противоречия, которых стоит избежать в будущем для упрощения жизни учёным-археологам;
7. Не регулирует способ фиксации и отображения объектов и археологического материала на чертежах;
8. И наконец, методика настаивает на использовании современных ГИС систем и не требует использования рукописных чертежей и миллиметровой бумаги.

А вывод напрашивается очень простой: нужно этот документ или изменить, или дополнить и конкретизировать. Ведь пока что он не может быть инструкцией для людей, жаждущих написать хороший отчет. Более того, оставляет поле для манипуляций и применения двойственных стандартов, хотя Институту стоило бы избегать таких скользких мест в общении с коллегами. Пока же получается, что те, кто напыщенно рецензируют наши отчеты за наши же деньги, делают это по несуществующим требованиям. Не комильфо…

ДРУГИЕ ПУБЛИКАЦИИ

18 сентября 2020

Находки сезона 2020. Люди и ритуалы

Одна из интереснейших и редчайших находок 2020 года — культовый комплекс с фрагментом человеческой черепной коробки, обнаруженный на поселении Генералка 2 (о. Хортица, третье тысячелетие до н.э.).

Читать полностью
27 июня 2020

НАШ — 18 лет!

Когда в 2002 году Новая Археологическая Школа только-только сформировалась и физически, и юридически, было трудно предугадать, к чему это приведет. Но сегодня, 27 июня 2020 года, нашей большой команде уже 18 лет, а это почетный возраст для любого процесса, ведомого на первозданно чистом энтузиазме

Читать полностью
3 апреля 2020

Тайная жизнь реставраторов

Короткое интервью с Полиной Петрашиной о превратностях реставрационного быта и о том, что, как и зачем делают реставраторы, отбирающее у археологов честно накопанный материал

Читать полностью

#НАШ

Больше о наших экспедициях в Instagram.
Подписывайтесь, будет интересно! @new_archaeological_school

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *