Западная черта степной наскальной живописи

Radchenko, S., Nykonenko, D.
2019. Rock Art from the Western Edge of the Steppe: Engravings Inside the Bull Grotto at the Kamyana Mohyla Site. Expression, 24, pp. 49—62.

Аннотация: Каменная Могила — место наибольшей концентрации наскальной живописи в Украине. Огромное количество петроглифов отсюда представляют разнообразнейшие эпохи и мировоззрения. Однако памятник достаточно бегло представлен в современных исследованиях наскальной живописи, невзирая на длительное его изучение. Для внесения свежей струи в понимание доисторической живописи отсюда, мы выполнили высокоточный фотограмметрический анализ петроглифов с одного из гротов Каменной Могилы — грота Быка. Точное 3D-моделирование и анализ построенной поверхности дал возможность уточнить стратиграфические и технические особенности создания изображений. А уж обладая этими данными мы, наконец, можем уточнить место грота Быка на культурной карте Каменной Могилы.
Ссылка на трёхмерное изображение того самого Дождевого Быка.

Пара слов о Каменной Могиле, истории изучение и всём прочем

Наскальная живопись Великого пояса степей неплохо известна специалистам. Памятники этой местности изучают уже довольно давно, поражая всё новыми и новыми интерпретациями. Хуже обстоят дела с объектами на западной границе Великой Степи — о них просто-напросто известно намного меньше. А Каменная Могила — один из ключевых памятников Циркумпонтийской зоны. Находится он на берегу реки Молочной, неподалёку от с. Терпение в Запорожской области (рис. 1). Пока что тут обнаружено 67 отдельных локаций с образцами древнего искусства (Михайлов 2017, 13), сотни и сотни изображений, датируемых крайне обширно — от верхнего палеолита до позавчера. Однако точно назвать количество, а тем более составить исчерпывающий каталог пока что не удавалось.


Рис. 1. Каменная Могила на карте

Каменная Могила — это останец песчаниковых плит. Предположительно, раньше они были песчаниковым монолитом, образовавшимся на дне Сарматского моря в третичный период, примерно 14 миллионов лет назад. Под действием эрозии каменная плита раскололась на многочисленные блоки (рис. 2). Даже сегодня процесс активно продолжается, усугублённый и антропогенным влиянием. Гроты и блоки движутся и разрушаются, навсегда уничтожая уникальные образцы искусства древних людей. В настоящее время процесс продолжается активно, вызывая разрушение гротов и блоков, содержащих наскальные рисунки. Потому-то и важно как можно скорее получить исчерпывающие цифровые копии и описание всех этих объектов. Конечно, процесс разрушения значительно замедлен усилиями образованного тут заповедника национального значения, но ведь предела совершенству нет.


Рис. 2. Каменная Могила с высоты птичьего полёта

Кроме многочисленных петроглифов, Каменная Могила знаменита поселением неподалёку, которое было обитаемо более семи тысяч лет. Его интенсивно изучали в течение более 80 лет — О. Бадер, Н. Рудинский, В. Даниленко, Д. Телегин, Н. Котова. Поселение очень важно для понимания украинского степного неолита и связанных с ним процессов. Да и мезолита это тоже, в общем, касается. В 2016 году, например, в мезолитическом слое здесь нашли две скульптуры из песчаника в форму змеиных голов (мы об этом на сайте тоже писали, кстати). Это первые предметы искусства, которые прямо связывают Каменную Могилу и живущих рядом людей. Да ещё и найдены были в культурном слое, удалось получить дату — какая прелесть! Именно эти находки напомнили о том, что пора вернуться к активному и системному подходу в исследовании петроглифов Каменной Могилы, да ещё и с привлечением современных цифровых методов — куда же без них. Очевидно, что памятник крайне важен для украинской доистории.

Большая часть петроглифов Каменной Могилы нанесены на потолки и стены гротов, образованных скоплением каменных плит. Самый одиозный из них — грот Быка. Датировка изображений оттуда (то ли верхний палеолит, то ли эпоха бронзы) порождала длительные дискуссии. А вот цифровыми методами их не изучали никогда. Мы же попробуем использовать цифровую фотограмметрию для фиксации и интерпретации этих изображений и расширить наше понимание петроглифов этого грота.

Расположен грот в северной части холма (рис. 3.1). Форма его, создана множеством огромных песчаниковых блоков, она сложна. Начинается грот узким входом. Конечно, пространства было намного больше до того, как его заполонил песок. Попытки музеификации в прошлом веке подтверждают — когда-то здесь можно было стоять во весь рост. Изображения в гроте формируют несколько разрозненных групп. Тут есть и много линейно-геометрических композиций, и пиктограммы животных. Большинство из них мы привыкли считать быками.


Рис. 3. Грот быка. 1 — вход в грот; 2 — быки в позиции круговой обороны; 3 — ряд животных

Первым эти петроглифы обнаружил Н. Веселовский в конце XIX века. Тогда открытию не уделили достаточно внимания (Бобринской, 1893, 2—4). Позже, в 1930-е годы Каменная Могила интенсивно исследовалась О. Бадером и В. Даниленко (Бадер, 1941). В гроте археологи обнаружили кремнёвый инвентарь, орудия, датируемые энеолитом. Однако петроглифы археологи считали всё же палеолитическими. Место они назвали «грот Мамонта» из-за своего видения одного из изображений отсюда. Такой подход сразу вызвал сомнения коллег и Б. Земляков в 1939 году попытался интерпретировать картину как изображение быка (Земляков 1939). В свою очередь, версия «мамонта» была поддержана Н. Рудинским (Рудинский 1952). С тех пор оба варианта и два разных названия грота и образуют разные версии датировки.

В 1960-е годы исследования Каменной Могилы возглавляли В. Гладилин и Б. Михайлов (Даниленко, 1986, 8). Гладилин изучал грот быка и датировал некоторые гравюры мезолитом и ранним неолитом, а значит, предложил третью версию понимания петроглифов, которую оспорили и Б. Михайлов, и В. Даниленко (рис. 4). Такое тягучее обсуждение касалось всего одной сцены и всегда не выходило за рамки интерпретаций, а точка так и не была поставлена — все участники дискуссии скончались и вопрос остался открытым.


Рис. 4. В. Даниленко и Б. Михайлов во время раскопок Каменной Могилы в начале 1970-х.

Грот Быка и то, что внутри
Все названные подходы, как и изображения грота Быка сами по себе, уже неоднократно опубликованы в Украине. А вот точных изображений, или хотя бы примерно реалистичных не было. Потому научный подход к изучению и был маловероятен. Некоторые вещи публиковал В. Гладилин (Gladilin 1969), но значительная часть самых запоминающихся изображений была опубликована только по-русски или украински. Кстати говоря, петроглифы из грота Быка могут быть довольно полезны для датировки и типологизации других петроглифов с Каменной Могилы. Но источники информации довольно немногословны (обычная ситуация для изучения наскального искусства). Вслед за Кристофером Чиппиндейлом (1998), приходиться сказать, что анализ наших петроглифов возможен только так называемыми «формальными» (то есть техническими) методами. Анализ для определения даты не провести, ведь органического материала на петроглифах нет (возможно, эта проблема и будет преодолена, кто знает?). Нету и никаких достоверных источников для этнографических реконструкций. Всё, что остается — анализ поверхности, стратиграфия изображения и относительная хронология изображений. Да и это не всегда информативно (Чиппиндейл и др., 2000). В любом случае, даже простой поиск аналогий требует качественных чертежей, равно как и технико-типологические исследования. Из многочисленных изображений грота быка мы выбрали те три, которых проще всего достичь, не вынимая толщи песка из грота и не рискуя его разрушением. И попытались создать точные и информативные чертежи и 3D-модели для лучшего понимания изображений грота (погрешность — 0,35 мм).
Первое из трех изображений традиционно называют «Быки в позиции круговой обороны» (рис. 3.2). Оно очень удобно и легко для интерпретации, да и последовательность того, как плита принимала текущий вид, довольно интересна. Четыре быка изображены на карнизе (рис. 5), усыпаны охрой и многочисленными отметками. Целые силуэты быков были протёрты в толще песчаника, а позже оконтурены широкими линиями (рис. 6).


Рис. 5. План Быка Грота. А — изображение быков в круговой обороне; Б — ряд животных; C — «Дождевой бык» (по Михайлову, 2005, 277, рис. 115)


Рис. 6. Быки в круговой обороне. 1 — 3D модель поверхности; 2 — ортофотоизображение; 3 — хронологическая последовательность изменения карниза; 4 — прорисовка петроглифа

Последовательность, восстановленная при анализе трёхмерной модели, выглядит так:
А) Несколько широких линий, заполненных охрой, не образующих никакой очевидной пиктограммы;
Б) Протирание силуэтов четырёх быков;
В) Создание широких линий, что очертили быков и добавили им рога, хвосты и ноги;
D) Чашеобразные углубления, посыпанные охрой;
Е) Авария — разрушение части карниза (рис. 6.3).
Вот что важно: некоторые линии были нарисованы охрой ещё до создания изображений быков. А охра в Украинской степи и тем более в наскальной живописи не использовалась в палеолитическое время. Потому мы можем окончательно отказаться от идеи В. Даниленко о позднепалеолитической датировке изображений грота Быка.
Это изображение (как и многие другие петроглифы с Каменной Могилы) была частично нарисована и опубликована Б. Михайловым (2005, 202, рис. 8). Но благодаря фотограмметрии наконец-то можно отличить естественные трещины от нанесённых умышленно и пересмотреть описание Б. Михайлова или В. Даниленко. Вдобавок, мы получили более полное изображение быка слева и обнаружили несколько новых линий. Общее значение, впрочем, не изменилось.


Рис. 7. Ряд животных, Камяна Могила. 1 — 3D модель поверхности; 2 — ортофотоизображение; 3 — рисунок на ортофото; 4 — прорисовка петроглифа

Вторая группа изображений технически очень похожа на первую. Тут тоже нарисованы четверо стоящих в ряд или идущих в одном направлении животных (рис. 3.3; 7). Все они выполнены в той же технике, что и быки в позиции круговой обороны. А вслед за пиктограммами были нанесены множественные чашеобразные углубления, некоторые — прямо по контуру животного (рис. 8). Часть карниза, увы, обрушена.


Рис. 8. Чашеобразное углубление, врезанное прямо в контур фигуры

Одно из изображений слишком пострадало при обвале карниза, поэтому животное невозможно распознать. Ещё одно очень мало и раньше никем замечено не было. Не только частично разрушенное, но и изначально небольшое изображение нельзя связать с каким-то конкретным видом. Третья фигура могла бы быть быком, но она слишком мила — рога малы, ноги чересчур длинны, а на спине нет типичного для петроглифов быка горба. Можно было бы воспринять эту фигуру как самку оленя (Михайлова 2017, 96, рис. 33) или лошадь. Ну а четвёртое изображение — наверняка бык, такой же, как и занявшие круговую оборону его собратья. Кроме этих петроглифов на карнизе также есть существо, которое Б. Михайлов называет собакой (2005, 201, рис. 8).

Наконец, третья исследованная группа петроглифов изображает того самого (эпонимного!) «Дождевого быка». Здесь расположено четыре пиктограммы (рис. 9, 10). Блок, на котором они находятся, откололся от поверхности грота ещё в доисторические времена. В менее доисторические времена В. Даниленко решил перевезти блок в Киевский археологический музей. Исследователь пишет, что весь блок был покрыт красной охрой, которая осыпалась при перевозке (Даниленко 1986, 56—57). Блок и сейчас хранится в археологическом музее. Плита снова была усыпана охрой по зарисовкам В. Даниленко, поэтому сегодня невозможно отличить доисторические изображения от современных (рис. 11). Единственным адекватным доказательством существования пиктограммы может служить рельеф блока. Два из четырёх изображений малы, выполнены буквально несколькими линиями. Они изображают оленей или, что более вероятно, козлов (такие козлы встречаются в Казахстане). Хоть и зафиксированы ещё в середине XX века, они никогда не были опубликованы или подробно описаны, ведь всё внимание приковывал «Дождевой Бык».


Рис. 9. Плита с «Дождевым Быком». 1 — Дождевой Бык; 2 — фигура за Дождевым Быком, которую В. Даниленко считал мамонтом; 3 — размеры петроглифов


Рис. 10. Плита с «Дождевым Быком». 1 — 3D модель поверхности; 2 — ортофотоизображение; 3 — рисунок на ортофото; 4 — прорисовка петроглифа


Рис. 11. Изображение «Дождевого Быка» по В. Даниленко (1986, 54, рис. 17)

Третье изображение на плите выполнено в уже описанной технике — протиранием поверхности. Знакомая форма головы и носа намекает на то, что это животное — тоже бык. Однако пиктограмма не оконтурена уже привычными линиями и осталась без рогов. Вероятно, изображение по какой-то причине не было завершено. Признаки этого видны и на всей сохранившейся поверхности фигуры.

Ключевое изображение этой плиты — крупное существо с чем-то, напоминающим хобот. Именно из-за носа-хобота возникла долгая дискуссия о датировке петроглифа. Ведь В. Даниленко был уверен, что на песчанике изображен мамонт, а значит петроглиф — палеолитический. А вот Б. Михайлов считал, что это существо — мифический «Дождевой бык» или хотя бы «Бык с хоботом». Он приводил в пример аналогии из наскальной живописи Казахстана. Силуэт существа и правда, скорее бычий, чем мамонтовый. Отчетливо видно это по его спине и ногам. Голова животного наклонена вниз, а рога будто бы готовы встречать противника. Конечно, самая дискуссионная часть этого существа — его хобот. Он гораздо ближе к рогам, чем полагается быть хоботу мамонта. Ещё один нюанс — немного расширяющийся край хобота не протерт до конца и не образует какую-либо конкретную форму, а скорее напоминает дефект плиты или рисунка. Кроме того, в спину быка вонзаются две перпендикулярные линии, будто копья. Похоже, то, что мы привыкли называть хоботом — третье копье, пронзающее голову бедного животного. Скорее всего, перед нами обыкновенная сцена охоты.

Изображение намного больше похоже на быка, чем на мамонта. Да и технически выполнено так же, как и предыдущие две группы. Предположим, что петроглифы в едином стиле и единой технике созданы в одну эпоху. В таком случае, ни одно из этих изображений не палеолитическое, ведь под ними слой других символов, покрытых охрой. Б. Михайлов приводит ещё больше аргументов в пользу датировки этого изображения бронзовым веком (2005, 118—119): комплекс кремневых орудий, найденный в гроте; аналогии, принадлежащие к времени энеолита и бронзы в кавказской и евразийской степи. Мы, правда, далеки от согласия с его мифологической интерпретацией этого сюжета. Но главное то, что в скором времени дискуссию о происхождении дождевого быка можно будет считать закрытой.

Аналогии и выводы
Довольно много аналогий Каменномогильским петроглифам обнаружено в наскальной живописи Казахстана. Там также есть геологические аномалии, похожие на Каменную Могилу. Самая похожая — Толеубулак в Актюбинской области. Этот объект тоже состоит из блоков песчаника, образующих гроты, некоторые из них покрыты гравюрами (Самашев 2006, 21—22).

Похожи также многие сцены и образы, некоторые типологически и технологически близки петроглифам Грота Быка. В их числе Тамгалы, Эшкиольмес, Аккайнар, Арпа-Узень, Каракыр, Кулябаси, Теректы-Аулие, Чокпар, Карасай, Сауйскандык и многие другие (рис. 12). Быки с Каменной Могилы похожи на казахских и стилистически: неестественно вытянутыми и изогнутыми рогами и полым горбом, делающим спину в разы массивнее. Такие знаки известны как маркеры петроглифов так называемой «Тамгалинской традиции» (Максимова, Ермолаева, Марьяшев, 1985).

Традиционно эти петроглифы датируют бронзовым веком, добавляя, что они одни из самых древних и самых популярных в этом регионе. Учитывая, что популяция диких быков в степи в конце бронзового века значительно уменьшилась, редкость их изображений в железном веке выглядит вполне логичной (Хужаназаров 1995, 66—67). Это понятно по скудному количеству соответствующих остеологических находок на памятниках раннего железного века (относительно предыдущего периода). Распространенность изображения быка в древней живописи Казахстана, Монголии и Алтая говорит об активной роли этого животного в экономике и образе жизни человека (Швец 2011, 135; Байпаков и др. 2005, 74).

Рассмотренные нами изображения не только намного ближе между собой чем к другим петроглифам Каменной Могилы, они типичны для степной наскальной живописи. На украинском памятнике за пределами грота Быка изображения в такой технике чрезвычайно редки. Да, учитывая всё это можно предположительно датировать изображения энеолитом (что более вероятно при интерпретации петроглифов как отражения сцен охоты) или ранним бронзовым веком. Именно в это время быки стали важной частью экономической жизни древних художников. Позже, в железном веке, их сменяют другие животные, преимущественно важные для кочевых племён того периода лошади. В эпоху палеолита (что ещё ждёт своего рассмотрения) набор изображаемых животных тоже был другим и включал плейстоценовую фауну — мамонтов, пещерных львов и т.д. (Михайлов, 2005, 102—103). А образ жизни и экономика обитателей степи в энеолите и бронзовом веке во многом связан именно с быками — их-то они и изображали.


Рис. 12. Изображения быков в наскальной живописи Казахстана: 1 — Тамгалы, 2 — Эшкиольмес, 3 — Аккайнар, 4 — Арпа-Узень, 5 — Каракыр, 6 — Кулябаси, 7 — Теректы-Аулие, 8 — Чокпар, 9 — Карасай, 10 — Сауйскандык

References
Bader, O. 1941 The oldest images on the grottoes ceilings in the North Azov Sea region. Materials and research on archaeology of the USSR, 2, pp. 126—139 [in Russian].
Baypakov, K. et al. 2005 K. Baypakov, A. Maryashev, S. Potapov and A. Goryachev. Petroglyphs in the Eshkiolmes Mountains. Almaty [in Russian].
Bobrinskoy, A. (ed) 1893 Report of the Emperor archaeological committee for 1890. St. Petersburg [in Russian].
Chippindale, C.; de Jongh, J.; Flood, J; Rufolo, S. 2000 Stratigraphy, Harris matrices & relative dating of Australian rock-art, Antiquity, 74, pp. 285—286.
Danilenko, V. 1986 Kamyana Mohyla. Kyiv [in Ukrainian].
Gladilin, V. 1969 Die Felsbilder der Kamennaya Mogila in der Ukraine. Yahrbuch fur prahistoriche und etnografische Kunst, 22, pp. 82—92.
Khuzhanazarov, M. 1995 Rock art images of Khodzhykent and Karakiyasay. Samarkand [in Russian].
Kotova, N. et al.
2017 N. Kotova, O. Tuboltsev, D. Kiosak, L. Spitsyna, S. Makhortykh, W. Tinner, E. H. Nielsen, V. Dzhos. Preliminary results of excavations at the multilayer Kamyana Mohyla 1 site (2011—2012). In Makhortykh, S. and de Capitani, A., Archaeology and Paleoecology of the Ukrainian Steppe. Kyiv, pp. 28—51.
2018 N. Kotova, D. Kiosak, S. Radchenko and L. Spitsyna. Microscopic examination of Mesolithic serpent-like sculptured stones from southern Ukraine. Antiquity, 92(366), E2. doi:10.15184/aqy.2018.249.
Maksimova, A., Ermolayeva, A., Maryashev, A. 1985 Rock art images of the natural boundary of Tamgaly. Alma-Ata [in Russian].
Mykhailov, B. 2005 Petroglyphs of Kamyana Mohyla: the semantics, chronology and interpretation. Kyiv [in Ukrainian].
Mykhailov, Ya. 2017 The petroglyphs of the Kamyana Mohyla in the context of a shared historical and cultural zone spanning Eurasia. In Makhortykh, S. and de Capitani, A., Archaeology and Paleoecology of the Ukrainian Steppe. Kyiv, pp. 13—18.
Mykhailova, N. 2017 Cult of the deer of ancient hunters on Europe and Northern Asia. Kyiv [in Ukrainian].
Rudinskiy, M. 1952 Kamyana Mohyla (preliminary report about the fieldworks in 1951). Short reports of the Institute of Archaeology, 1, pp. 21—31 [in Russian].
Samashev, Z. 2006 Petroglyphs of Kazakhstan. Almaty [in Russian].
Shvets, I. 2011 Okunev pictorial type plots in the rock art of Kazakhstan. In Ermolenko, L. Rock art in the modern society. On the 290 anniversary of the discovery of Tomskaya pisanitsa. Book of papers of the international conference, 2. Kemerovo: Kuzbassvuzizdat, pp. 134—138. [in Russian].
Tacon, P.; Chippindale, C. 1998 An archaeology of rock-art through informed methods and formal methods. The Archaeology of Rock Art. Cambridge University Press. pp. 1—10.
Telegin, D. 1985 Mesolithic sites on the territory of Ukrainian SSR. Kyiv [in Ukrainian].
Zemlyakov, B. 1939 About the mammoth image from the “Mammoth grotto” of Kamyana Mohyla near Melitopol. Short reports on the lectures and fieldworks of the Institute of History of Material Culture, 2, pp. 33—36 [in Russian].

ДРУГИЕ ПУБЛИКАЦИИ

18 сентября 2020

Находки сезона 2020. Люди и ритуалы

Одна из интереснейших и редчайших находок 2020 года — культовый комплекс с фрагментом человеческой черепной коробки, обнаруженный на поселении Генералка 2 (о. Хортица, третье тысячелетие до н.э.).

Читать полностью
27 июня 2020

НАШ — 18 лет!

Когда в 2002 году Новая Археологическая Школа только-только сформировалась и физически, и юридически, было трудно предугадать, к чему это приведет. Но сегодня, 27 июня 2020 года, нашей большой команде уже 18 лет, а это почетный возраст для любого процесса, ведомого на первозданно чистом энтузиазме

Читать полностью
3 апреля 2020

Тайная жизнь реставраторов

Короткое интервью с Полиной Петрашиной о превратностях реставрационного быта и о том, что, как и зачем делают реставраторы, отбирающее у археологов честно накопанный материал

Читать полностью

#НАШ

Больше о наших экспедициях в Instagram.
Подписывайтесь, будет интересно! @new_archaeological_school

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *